А что же ты просишь за собаку?
– Корову же и прошу, у тебя две, отдай мне свою пеструю.
Отдал я за Анчара корову.
Эх, и была же у меня осень, в лесу не накликаю, не порскаю, не..
Герой врагов разит мечом,
Гомер творит поэмы,
Кто честен - жив своим трудом,
И здесь, конечно, ни при чем
Логические схемы...
3 (По подсчЈтам эмигрировавшего профессора статистики Курганова это "сравнительно лЈгкое" внутреннее подавление обошлось нам с начала Октябрьской революции и до 1959 года в ...
Вы читаете «Андрокл и лев», страница 1 (прочитано 0%)
Бернард Шоу. Андрокл и лев
ANDROCLES AND THE LION Перевод Г. Островской Полн. собр. пьес в 6-и т. Т.4 - Л.: Искусство, 1980. Пьеса-притча. 1912
ПРОЛОГ
Увертюра: шум леса, львиное рычание, чуть слышный гимн христиан.
Тропинка в густой чаще. В глубине раздается скорбный, унылый львиный рык; он приближается. Из-за деревьев, хромая, выходит лев, правая передняя лапа поджата, в ней торчит огромный шип. Лев садится и внимательно рассматривает лапу. Лижет ее. Трясет. Скребет ею по земле, пытаясь избавиться от занозы, но только усиливает боль. Жалобно скулит. Снова лижет лапу. Из глаз его катятся слезы. С трудом ковыляя на трех лапах, сходит с тропинки и, обессилев от боли, ложится под деревом. Испустив долгий вздох, словно воздух вышел из - тромбона, засыпает.
На тропинке появляются Андрокл и его жена Мегера. Он невысокий, тощий, смешной человечек без возраста, ему можно дать и тридцать лет, и все пятьдесят пять. У него рыжеватые волосы, водянисто-голубые добрые глаза, нервные ноздри и внушительный лоб; но на этом и кончаются его привлекательные черты: его руки, ноги, да и все тело - в общем-то сильные - кажутся высохшими от истощения. Он тащит огромный тюк, очень плохо одет и выглядит усталым и голодным.
Его жена - изнеженная, пухлая неряха в расцвете лет, недурна собой. У нее нет никакой поклажи, только палка, на которую она опирается на ходу.
Мегера (внезапно кидая палку на землю). Я не сделаю больше ни шагу. Андрокл (с усталой мольбой). О, не начинай все снова, моя ненаглядная. Какой смысл останавливаться каждые две мили и говорить, что ты больше не сделаешь и шагу? Нам нужно к ночи добраться до следующего селения. В этом лесу водятся дикие звери; говорят, даже львы есть Мегера. Сказки. Ты вечно пугаешь меня дикими зверями, чтобы заставить идти, когда я еле ноги волочу; а я и так чуть жива. Мы еще ни одного льва не видели. Андрокл. А тебе хотелось бы его увидеть, моя ненаглядная? Мегера (срывая тюк у него со спины). Ах ты, скотина, тебе плевать, что я устала, плевать, что со мной будет (кидает тюк на землю): ты думаешь только о себе. Ты! Ты! Ты! Всегда только ты! (Садится на тюк.) Андрокл (с печальным видом опускается на землю и, опершись локтями на колени, обхватывает голову руками) Всем нам приходится порой думать о себе, моя ненаглядная.
... Хорошо, когда сумерки дразнятся И всыпают нам в толстые задницы Окровавленный веник зари.
Скоро заморозь известью выбелит Тот поселок и эти луга. Никуда вам не скрыться от гибели, Никуда не уйти от врага. Вот он, вот он с железным брюхом, Тянет к глоткам равнин пятерню,
Водит старая мельница ухом, Навострив мукомольный нюх. И дворовый молчальник бык, Что весь мозг свой на телок пролил, Вытирая о прясло язык, Почуял беду над полем.
2
Ах, не с того ли за селом Так плачет жалостно гармоника: Таля-ля-ля, тили-ли-гом Висит над белым подоконником. И желтый ветер осенницы Не потому ль, синь рябью тронув, Как будто бы с коней скребницей, Очесывает листья с кленов. Идет, идет он, страшный вестник, Пятой громоздкой чащи ломит. И все сильней тоскуют песни Под лягушиный писк в соломе. О, электрический восход, Ремней и труб глухая хватка, Се изб древенчатый живот Трясет стальная лихорадка!
3
Видели ли вы, Как бежит по степям, В туманах озерных кроясь, Железной ноздрей храпя, На лапах чугунных поезд?
А за ним По большой траве, Как на празднике отчаянных гонок, Тонкие ноги закидывая к голове, Скачет красногривый жеребенок?
Милый, милый, смешной дуралей, Ну куда он, куда он гонится? Неужель он не знает, что живых коней Победила стальная конница? Неужель он не знает, что в полях бессиянных Той поры не вернет его бег, Когда пару красивых степных россиянок Отдавал за коня печенег? По-иному судьба на торгах перекрасила Наш разбуженный скрежетом плес, И за тысчи пудов конской кожи и мяса Покупают теперь паровоз...
