О'Флаэрти, кавалер ордена Виктории

А я пойду и распоряжусь, чтобы подавали чай.
Миссис О'Флаэрти. Зачем же вашей чести затрудняться из-за нас. Я могу
поговорить с мальчиком и во дворе.
Сэр Пирс. Что вы, что вы, какое же это затруднение! Да и Деннис теперь уже
не мальчик. Как-никак завоевал себе место в первом ряду. (Уходит в
дом.)
Миссис О'Флаэрти. Золотые слова, ваша честь. Да благословит господь вашу
честь! (Как только генерал скрывается с глаз, она грозно поворачивается
к сыну и, меняясь с той характерной для ирландцев быстротой, которая
всегда приводит в изумление и шокирует людей, принадлежащих к менее
гибким нациям, восклицает.) На что ты надеялся, бесстыжий врун, когда
сказал мне, что идешь драться с англичанами? Ты что же, думал, я дура,
которая ничего дальше своего носа не видит? Ведь в газетах только про
то и пишут, как ты в Бэкингэмском дворце пожимал руку английскому
королю.
О'Флаэрти. Не я ему пожимал руку, а он мне. Что ж, по-твоему, я должен был
оскорбить такого вежливого человека в его собственном доме, на глазах у
его собственной жены, да еще когда у нас с тобой в карманах его
денежки?
Миссис О'Флаэрти. Как же это у тебя совести хватило пожимать руку тирана,
запятнанную кровью ирландцев?
О'Флаэрти. Будет тебе нести околесицу, мать: он и вполовину не такой тиран,
как ты, храни его бог. Его рука была куда чище моей, на которой, может,
еще кровь его родни.
Миссис О'Флаэрти (угрожающим тоном). Да разве так разговаривают с матерью,
щенок ты паршивый?
О'Флаэрти (решительно). Придется тебе привыкать, если сама не перестанешь
молоть чепуху. Виданное ли дело, чтобы парня, с которым носились короли
и королевы которому в разных столицах пожимали руку самые знатные
господа, бранила и попрекала его собственная мать, стоило ему приехать
домой на побывку. Да за кого хочу, за того и буду драться, и каким
королям захочу, тем и буду пожимать руку! А если твой сын нехорош для
тебя, пойди и поищи себе другого. Ясно?
Миссис О'Флаэрти. Это ты у бельгийцев, что ли, понабрался такого наглого
бесстыдства?
О'Флаэрти. Бельгийцы хорошие люди, и французам впору быть с ними полюбезней,
да еще теперь, когда боши их почти прикончили.
Миссис О'Флаэрти. Хорошие люди!.. Нечего сказать, хорошие люди! Чуть их
ранят, приезжают сюда, потому что мы католическая страна, и потом ходят
в протестантскую церковь, потому что с них там ни гроша не берут. А
другие и вовсе в церковь носа не кажут. Это, по-твоему, хорошие люди?
О'Флаэрти. Ты, конечно, здорово разбираешься в политике! Эх, много ты знаешь
о бельгийцах, о чужих странах и о мире, в котором живешь, да хранит
тебя бог!
Миссис О'Флаэрти. Да уж, конечно, побольше твоего! Ведь я как-никак тебе
матерью прихожусь!
О'Флаэрти.

Страницы: (16) :  <<  ... 2345678910111213141516

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Кроме того, он ходил в роскошные ресто­раны, где заказывал себе обед из многих блюд, посещал оперу и театр. И он приобрел автомобиль, но потом забыл про взносы, и сердитый агент из магазина увел машину со стоянки перед пансионатом.
     — Понимаете, миссис О'Брайен, — продолжал мистер Ра­мирес, — придется мне выехать из моей комнаты. Я пришел только забрать свой чемодан и одежду, чтобы последовать за этими господами.
     — Обратно в Мексику?
     — Да. В Лагос. Это маленький городок севернее Мехико-Сити.
     — Мне очень жаль, мистер Рамирес.
     — Я уже собрал свои вещи, — глухо произнес мистер Ра­мирес, часто моргая черными глазами и растерянно шевеля руками.
     Полицейские не трогали его. В этом не было нужды.
     — Вот ключ, миссис О'Брайен, — сказал мистер Рами­рес. — Я уже взял чемодан.
     Только теперь миссис О'Брайен заметила стоящий у его ног чемодан.
     Мистер Рамирес снова обвел взглядом просторную кухню, блестящее серебро приборов, обедающих молодых людей, сверкающий воском пол. Он повернулся и долго глядел на соседний дом, высокое и красивое трехэтажное здание. Гля­дел на балконы и пожарные лестницы, на ступеньки крылец, на веревки с хлопающим на ветру бельем.
     — ;Вы были хорошим жильцом, — сказала миссис О'Брайен.
     — Спасибо, спасибо, миссис О'Брайен, — тихо ответил он. И закрыл глаза.
     Миссис О'Брайен правой рукой придерживала наполо­вину открытую дверь. Один из сыновей за ее спиной на­помнил, что ее обед стынет, но она только кивнула ему и снова повернулась к мистеру Рамиресу...

Рэй Брэдбери (Ray Bradbury)   
«Я никогда вас не увижу»